местного населения к тому же дихлофосу. Заедают по летнему времени комары, донимают мухи. Комары не дают спать всю ночь, а с рассветом настоящее нашествие мух! А тут в сельский магазин как раз баллончики с дихлофосом привезли. Поливай себе комаров и мух. А расправишься с вредителями в доме, иди выручай корову в стойле — пора доить ее, а те же самые вредители, что только что допекали тебя в комнате, допекают теперь и корову. Нервничает корова, стоит плохо, того и гляди свернет ногой подойник с молоком. Нет, так не пойдет. Где он, дихлофос-спаситель? Ну-ка его сюда! И смерть всем коровьим врагам! Спокойно стоит корова после химической обработки, нежно, легко поговаривают в подойнике струйки парного молока. И кто знает, сколько этого самого дихлофоса попадает сейчас и в подойник с молоком?

Ну а теперь на огород и в сад. Уж тут нынешней химии есть где развернуться. Одну только капусту, пока не вырастет, надо раз пять самой крепкой химией обрабатывать, не верите? Тогда считайте сами... По весне крестоцветная блошка нападает на нежную рассаду, готова всю ее извести, если не прийти на помощь будущему овощу. Давай сюда дуст! Потом весенняя капустная муха, за ней летняя — вот уже вторая и третья обработки. Ну а потом бабочки всякие полетят, оставят после себя на капустных листьях отряды гусениц. И снова: дуст к бою! Так еще раза два побывает этот порошок-спаситель на приусадебном огороде.

Спросите: откуда дуст? Его вроде бы давным-давно запретили, не производят... Это у вас там по газетам его не производят, а у нас надолго вперед запасы еще с тех времен, когда этим дустом все поля со льном засыпали. Ну а не будет дуста, кончится он, еще какой-нибудь отравы для извергов найдется.

Подобное лихое обращение со всевозможной химией хозяйки курочки Рябы может быть еще и еще продолжено. Но надо ли — и так, видимо, ясно каждому, что та самая деревенская улица, и те самые деревенские сады-огороды, где куры хозяйничают по весне и по осени после уборки урожая, давно уже не экологический рай, давно уже только пространство, зараженное, и порой очень значительно, различной химией.

Ну а дороги, по которым несутся автомобили... Не знаю, как у вас, а у меня сжимается сердце, когда еду я по тому же шоссе на Ярославль, когда въезжаю в очередную деревню, село, поселок, стоящие вдоль дороги, и вижу на самой обочине шоссе, в придорожных канавах, куда и собирается вся